Skalikų mokymas (V.Tamošiūno archyvas)


Warning: mysql_get_server_info(): Access denied for user ''@'localhost' (using password: NO) in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

Warning: mysql_get_server_info(): A link to the server could not be established in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

pict0043.JPG  Hагонка и пpитpавка гончих

.

.

.

. 

Охотничьи качества гончих. Задача гончей на охоте – найти зверя, поднять его и преследовать по следу с голосом до тех пор, пока он не будет убит охотником или, будучи обессиленным, словлен гончей.
Для того чтобы успешно охотиться с гончей, она должна обладать необходимыми качествами: чутьем, полазом, добычливостью, мастерством, вязкостью, голосом и послушанием.
Чутье – способность гончей при помощи обоняния находить зверя и его след. Чутье – врожденное качество гончей, но оно частично развивается в процессе нагонки и охоты.
Полаз – поиск, разыскивание гончей зверя. Он должен быть глубокий и широкий. Одновременно он должен согласоваться с направлением движения охотника. Полаз – тоже врожденное качество гончей, которое развивается во время ее нагонки.
Добычливость – способность гончей быстро находить и поднимать зверя. Добычливость гончей зависит от силы ее чутья, глубины и ширины полаза, вязкости и опыта работы.
Мастерство – способность гончей быстро выправить (найти) потерянный след зверя, которого она преследовала. Мастерство зависит от силы чутья гончей, ее вязкости и опыта работы.
Вязкость – настойчивость, проявляемая гончей в розыске и преследовании зверя. Это качество врожденное, развиваемое в процессе нагонки гончей.
Голос гончей – ее врожденное качество, когорте заключается в том, что она его отдает во время гона ею зверя. Гончая, которая гонит зверя молча, для охоты не пригодна. Голос ценится звучный, певучий (музыкальный, правильной отдачи, т. е. только на следу гонного зверя.
Паратость – быстрота, с которой гончая гонит зверя. Из-под паратой (быстро гонящей) гончей охотнику легче убить зверя.
Послушание охотнику – качество гончей, вырабатываемое у нее в процессе воспитания и приездки; оно также закрепляется во время нагонки.
Все эти качества гончей-одиночки. Смычок и стая гончих, помимо вышеуказанных качеств, должны иметь свальчивость и ровность ног.
Свальчивость – быстрота смычка гончих или стаи подваливать (примыкать) к помкнувшей (поднявшей и погнавшей зверя) гончей. Свальчивость гончих зависит от их совместного выращивания, приездки и нагонки.
Ровность ног – одинаковая быстрота, с которой гончие гонят зверя, в результате чего смычок или стая гонит дружно, т. е. не растягивается на гону. Ровность ног в смычке или стае достигается подбором гончих одинаковой паратости.
Понятие о нагонке. Нагонка – развитие врожденных охотничьих качеств гончих, а также закрепление выработанных у них навыков приездкой.
Нагонку гончих можно начинать с девяти-десятимесячного возраста.
Нагонка гончих производится только по черной тропе.
Лучшим временем для нагонки следует считать сентябрь.
Нагонку следует производить по утрам, с восходом солнца. В это время гончие легко натекают на свежий след зайца, шедшего на лежку, быстро по следу добираются до него, поднимают и гонят.
Первое время нагонку гончих следует производить по беляку в местах, где он имеется в большом количестве, чтобы быстрее развить у гончих страсть к его розыску и преследованию. В последующем места для нагонки нужно подбирать менее зайчистые, чтобы развить у гончих полаз, мастерство и вязкость, т.е. гнать одного зверя и не переходить на гон другого, случайно поднявшегося.
Перед пуском гончих в полаз их всегда следует выдерживать на опушке леса в течение 2-3 мин в положении „стоять“. Затем, сняв ошейники, продержать гончих еще 1 – 2 мин около себя, потом уже подать команду к полазу.
Время работы гончих с момента напуска и до взятия на ошейники вначале, пока гончие не втянутся, должно быть ограничено двумя часами. Нагонка гончих в зависимости от их количества производится в одиночку, в смычке или в стае.
Нагонка одиночки. Пустив гончую в полаз, охотник идет в направлении, где гончая быстрее может натолкнуться на зайца. В движении охотник должен все время громко порскать (покрикивать), давая этим знать гончей собаке, где он находится. Слыша голос охотника, гончая смелее и дальше уходит в полаз.
При широком полазе гончей охотнику можно идти дорожками и чистыми местами, и, наоборот, когда гончая в полазе ходит от него недалеко, охотник должен идти крепкими местами, чтобы поскорее поднять зверя и показать его собаке.
Каждая гончая, увидев поднявшегося из-под нее зайца, бросается за ним и гонит с голосом.
Услышав гон, охотник прекращает порскание и направляется в его сторону, чтобы быть ближе к собаке и помочь ей на сколе. Стеряв зверя, гончая смолкает и, лишь изредка отдавая голос, ищет около того места, где потеряла след. Подойдя к месту скола, охотник вновь начинает порскать, побуждая гончую к розыску зверя, а сам все увеличивающимися кругами обходит место скола, ударяя по кустам палкой для того, чтобы шумом столкнуть запавшего зайца. Подняв его, охотник называет кличку собаки и покрикиванием „Вот! Тут! Тут!“ наманивает ее на след зайца и, молча пройдя следом несколько метров, возобновляет гон.
На последующих сколах охотник не сразу помогает гончей, а предварительно дает ей возможность исправить ошибку самостоятельно. Однако подойдя к месту скола, он обязательно начинает слегка порскать, чтобы гончая не бросила места скола и не ушла на розыски хозяина.
С каждым последующим выходом и лес у гончей вырабатывается навык в самостоятельном исправлении скола.
По мере приобретения гончей опыта в работе по зайцу помощь охотника ей становится ненужной, так как она имеет самостоятельный полаз, достаточную вязкость в преследовании зверя и необходимое мастерство в исправлении скола.
Нагонка смычка и стаи. Процесс нагонки смычка и стаи тот же, что и при нагонке одиночки. Но у смычка и стаи гончих, помимо развития полаза, вязкости и мастерства, должна быть выработана свальчивость. Свальчивость у гончих вырабатывается следующим порядком: заслышав гон одной из собак, доезжачий немедленно прекращает порскание и устремляется в направлении гона со своими помощниками, идущими от него по сторонам в ста шагах.
На пути движения они стараются каждую встреченную гончую подвалить (направить) в сторону гона. Для этого каждый из них, увидев гончую, называет ее по кличке и с побуждающим покрикиванием „Вот! Тут! Тут!“ бежит в направлении гона увлекая этим за собой собаку. С приближением гончая, ясно услышав гон, подваливает и начинает гнать вместо с гончей, поднявшей зверя.
После нескольких выходов у гончих таким путем вырабатывается навык – заслушав гон, валиться к нему, не ожидая побуждения со сторону доезжачего или помощника.
Притравка стаи гончих к волку. Стая гончих, предназначающаяся для охоты на волоков на логовах, обязательно должна быть к ним притравлена. В процессе притравки у гончих развиваются злоба к волку и смелость его хватки. Притравка стаи производится за неделю до начала охоты со стаей на волков, обычно на прибылых, которых для этого необходимо иметь не менее дух.
Притравка производится следующим порядком.
В лесу, на одной из чистых полян, помещают волка. Для того чтобы он не убежал, на него надевают ошейник и прикрепляют цепь длиной 1,5 м, а к последней – веревку 10 м, второй конец которой привязывают к одиноко стоящему дереву или колу, вбитому в землю. В стороне от волка для наблюдения за ним садится человек.
Лучшее время подсадки волка – раннее утро, т. е. время, соответствующее охоте на волков. Подсадной волк сажается не менее как за 20 – 30 мин до напуска гончих.
Место напуска выбирается от волка под ветром за 400-500 м от него.
От места напуска к волку прокладывают искусственный волчий след Для этого берут мешок, ранее находившийся в клетке волка. В него сметают опилки и солому, служившие подстилкой для волка. Приготовленный таким способом мешок протаскивает за веревку от места напуска до места привязи волка.
Доезжачий, действуя с помощниками, подводит и останавливает стаю в ста шагах от места напуска. Сделав пятиминутную выдержку стаи, он снимает смычки и, подав команду „ко мне“, ведет стаю к месту напуска. Гончие, еще не доходя до него, начинают принюхиваться. Дойдя до места доезжачий останавливается и тихим голосом с возбуждающей интонацией подает команду „Вот! Тут! Тут Ищи, ищи!“ Гончие, напав на след дружно, в голоса, следом выходят к волку, который при виде собак начинает метаться, чем сильнее возбуждает их. Стая, возбужденная гоном по следу, при виде мечущегося зверя набрасывается на него.
Доезжачий, подоспевший в это время к гончим, поощряет их и натравливает на волка, покрикивая: „Хорошо, хорошо! Возьми, возьми!“ Одновременно с этим человек, наблюдающий за волком, и доезжачий стараются приметить двух-трех наиболее злобных гончих, которые первыми хорошо взяли волка.
Когда с волком будет покончено гончих берут на смычки, подкармливают и уводят.
Через два дня таким же порядком, но обязательно в другом месте производится повторная притрава к волку, на которую ранее выявленные две-три наиболее злобные гончие не берутся, а остаются в выгуле, чтобы дать возможность остальным, менее злобным гончим самостоятельно разделаться с волком.
Стаю для охоты на волков можно брать спустя два-три дня после затравки второго волка.
С момента первой притравки гончих к волку дальнейшую нагонку их на зайца прекращают.
 Леонтьев В.В.
Охотничье собаководство, 1996 г.

Paskelbta temoje Straipsniai rusų kalba | Komentarai įrašui Skalikų mokymas (V.Tamošiūno archyvas) yra išjungti

Lietuvių skalikų augintojų sąjungos kūrimo pradžia


Warning: mysql_get_server_info(): Access denied for user ''@'localhost' (using password: NO) in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

Warning: mysql_get_server_info(): A link to the server could not be established in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

dscf1312.JPG           

 Jau nebe pirmi metai Lietuvos medžioklinių šunų augintojų tarpe sklandė kalbos apie būtinybę įkurti mūsų nacionalinės šunų veislės – lietuvių skalikų savininkų klubą. Individualių pokalbių metu, interneto svetainėse, medžioklinių šunų parodose dažnai buvo diskutuojama šiuo klausimu. Žmonės matė ir kėlė viešumon mūsų vienintelės nacionalinės šunų  veislės vystymo problemas, pergyveno dėl šios veislės ateities. Pripažindami didžiulį gerbiamo Zigmo Goštauto ir kitų kinologų nuopelną atkuriant lietuvių skalikų veislę, medžiotojai suvokė, kad tolimesnis procesas lyg ir sustojo vietoje, dar daugiau – jis pajudėjo atgal. Dažnai būdavo galima išgirsti, kad lietuvių skalikai, kaip veislė, nyksta, kad ateities medžioklėse jie taps lyg ir nebereikalingi, kad  juos išstumia laikos, jagdterjerai ir taip toliau. Žinoma, buvo ir, ko gero, dar ir dabar yra medžiotojų, kurie, švelniai tariant, nepripažįsta šios veislės, mano, kad ji dirbtinai palaikoma, kad skalikai iš viso nereikalingi mūsų medžioklėse, nes toli varo, išvaiko žvėris iš plotų ir panašiai. Tačiau taip manančių nėra daug. Skeptikai nutyla arba pakeičia savo nuomonę tada, kai pamato medžioklėje gražiai dirbantį lietuvių skaliką, nė kiek nenusileidžiantį laikai. Beje, visi žinome, kad gera laika – nuostabus medžioklinis šuo, tačiau neturime užmiršti ir savo veislės.  Blogiausia, kad mes tiesiog nežinom, kiek tų skalikų dar iš tikrųjų turime. Manoma, kad jų pas mus yra apie trys šimtai, tačiau daug kas abejoja, ar šis skaičius realus. Kodėl? Visų pirma, tiek respublikinėse, tiek regioninėse medžioklinių šunų parodose matome visai nedaug savo skalikų. Gal kiek daugiau jų atvežama į specializuotas lietuvių skalikų parodas, vykstančias kas du metai, tačiau ir ten jų nėra itin gausu. Kodėl medžiotojai neveža į parodas savo šunų? Dalis medžiotojų to nenori ar negali daryti dėl ekonominių priežasčių (nemaži atstumai, kainuoja kuras, reikia mokėti parodos mokestį ir t. t. ). Kita dalis tiesiog tingi tai daryti, nemato tikslo, neturi laiko, užsiėmę svarbiais darbais ir panašiai. Dar blogiau – yra kategorija medžiotojų „praktikų“, ir ne tik skalikininkų, kurie laiko puikiai dirbančius šunis, su jais medžioja, tačiau visiškai ignoruoja šunų dokumentus, registraciją, parodas, lauko bandymus bei varžybas, mano, kad tai tuščias kažkieno išmislas. Pripažinkime, kad toli gražu ne visi mūsų skalikai registruoti LMŽD skyriuose, be to, šuns amžius trumpas – senatvė, ligos, žūtys medžioklėse, judriuose keliuose. Šuns nebėra, o jo savininkas dažnai nepraneša apie tai LMŽD skyriui, „mirusi siela“ ir toliau guli kartotekose ir priskaičiuojama prie bendros „sumos“. Be to, lietuvių skalikus kartais dėl jų grožio ir gana gerų sarginių savybių laiko ir žmonės, nieko bendro neturintys su medžiokle. Jie tai tikrai neregistruoja  savo šunų draugijos skyriuose. Va, todėl ir abejojama mūsų skalikų oficialios apskaitos tikslumu. Kitas opus dalykas – kai kurių šunų eksterjero neigiami pokyčiai, netvarkingas, gal net chaotiškas veisimas. Kergia kas kaip nori ir su kuo nori. Sukergiami net artimi giminaičiai. Inbridingas efektyvus tada, kai norime užtvirtinti kai kurias geras savybes, tačiau jis turi būti naudojamas labai atsargiai, rekomendavus rimtiems specialistams, priešingu atveju, galime susilaukti  itin blogų rezultatų. Gerai, kad dar skalikas kergiamas su skaliku… Ne vienam, žiūrint į mūsų šunis parodose, kyla įtarimų, kad kažkas (kažkur, kažkada) savo skalikę sukergė su rotveileriu, ir pastarojo genai  dabar parodo save mūsų nacionalinės veislės atstovų tarpe… Stambios, labai sunkios, bukais snukiais, ypač patinų, galvos, aiškiai per didelis ūgis išduoda, kad būta giminystės su rotveileriu. Gal bandyta įtvirtinti ryškų įrudį (čia dar būtų pusė bėdos), gal bandyta eksperimentuoti, o gal  tiesiog koks neatsakingas medžiotojas, neradęs arti skaliko patino, tingėdamas jo paieškoti toliau ar paprašyti kinologo rekomendacijos, savo kalę sukergė su kaimyno rotveileriu, kuris šiek tiek panašus į lietuvių skaliką?.. Nerimą kelia ir kai kurių mūsų skalikų aukštyn iškeltos, netgi kaip laikoms užriestos uodegos. Pasitaiko labai baikščių šunų, o ši savybė persiduoda palikuonims. Ne viskas tvarkoj ir su įrudžiu. Net ne kinologui, ir ne medžiotojui, pažiūrėjus iš šalies, darosi aišku, kad mūsų šunims iki Vytauto Klovo sudaryto vieningo lietuvių skalikų standarto toloka. Būtent, vieningo, nes, iš tikrųjų mūsų šunys yra lyg ir kelių tipų. Dar viena labai rimta problema – mūsų nacionalinė šunų veislė nepripažįstama FCI, taigi, nežinoma kitose šalyse, išskyrus, nebent, Latviją, Estiją, Baltarusiją, Rusiją, Gruziją. Vakarų Europa mūsų šunų dar nepažįsta ir nepripažįsta. Net Lietuvoje ne kiekvienas žino, kaip atrodo grynaveislis lietuvių skalikas. O tam, kad pripažintų mūsų veislę,  reikia turėti ne mažiau kaip tūkstantį vieno tipo šunų su stabiliai palikuonims perduodamomis eksterjero ir darbinėmis savybėmis bei užsienyje pripažįstamais kilmės dokumentais. Atrodo, kad pagaliau baigia nugriūti LKD ir LMŽD kinologų nesusikalbėjimo siena, ledai pajudėjo, nors dar ir liko neišspręstų problemų, tačiau jau yra sudaryta sutartis, pagal kurią nuo 2008 metų sausio 1 dienos medžiokliniams šunims bus išduodami visame pasaulyje pripažįstami kilmės dokumentai.

            Tai štai dėl visų šitų dalykų ir pergyveno, diskutavo žmonės, kurie neabejingi lietuvių skalikų veislės likimui. Visi jie suvokė, kad bendraminčių klubas būtinai reikalingas, tik ilgokai niekas nesiryžo žengti pirmojo žingsnio. Tiesa, sklandė kalbos, kad Vilniuje prie LMŽD jau prieš porą metų yra įkurtas kažkoks klubas, tačiau periferijoje apie jo veiklą niekas absoliučiai nieko nežinojo, taigi, reikėjo pradėti kažką daryti patiems. Kaip vėliau paaiškėjo, jokio registruoto lietuvių skalikų savininkų klubo iki šiol ir nebuvo. Paprasčiausiai, po parodos Plateliuose 2005 metais siaurame kinologų ratelyje buvo nutarta, kad klubui vadovaus vienas iš vilniečių. Viskas tuo ir pasibaigė. Per du metus net nespėta įregistruoti klubo… Skalikų savininkai dar tikėjosi kažką apie klubą išgirsti po šių metų parodos Gargžduose, tačiau, kaip dažniausiai būna, visi išsivažinėjo kas sau ir vėl klausimas liko neišspręstas. Tiesa, dabartinės Lietuvos skalikų savininkų sąjungos užuomazga, ko  gero, gimė jau 2007 metų pavasarį, kai laikininkai kinologai Gediminas Žiukas ir Albertas Dziadas suorganizavo pirmąsias lietuvių skalikų respublikines varžybas Taujėnuose. Apie šitokias varžybas jau  seniai svajojo aktyviausi lietuvių skalikų augintojai. Renginys įvyko, dalyviai liko patenkinti. Reikėjo žengti tolimesnį žingsnį. Rugsėjo 20 dieną Andriejus Petreikis internetiniame puslapyje parašė: „Susitariau su Petru Dabišiumi, galime susitikti Žvėrinčiuje“. Liko paskutinis, bet pats drąsiausias žingsnelis: „Kada?“ Paskutinę „vinį“ spalio 7 dieną ryžosi „įkalti“ Ričardas Barzdenis. Jis parašė: „Trauktis nėra kur – susitinkam spalio 13 dieną, apie 12 valandą.“

            Taigi susirinkom, suvažiavom. Jau iš pat pradžių supratome, jog dedamos didelės pastangos, kad mūsų klubas neįsikurtų. Pirmoji susirinkimo dalis vyko Žvėrinčiuje, paskui buvom „pakviesti“ ir  persikėlėme į Telšių urėdiją, kur mus pasitiko priešiškai nusiteikę oponentai ir nemaža dalis prieš mus nuteiktų arba nelabai susigaudančių situacijoje seminaro dalyvių (tą dieną Telšiuose vyko pėdsekių šunų savininkų seminaras). Iki šiol taip ir liko neaišku, ar seminaro data atsitiktinai sutapo su mūsų steigiamojo  susirinkimo data, ar seminaras buvo sąmoningai suorganizuotas tą dieną, kad mums nepavyktų sukviesti žmonių ir klubas neįsikurtų, kad mes liktume mažyčiai ir nepastebimi. Viena tikrai aišku – mes tikrai neturėjom tikslo sutrukdyti seminarui, tuo labiau, kad dauguma mūsų apie jį išgirdome pačiomis paskutinėmis dienomis, tik po to, kai jau buvo internete paskelbta mūsų susirinkimo data. Na, sakykim, datos sutapo atsitiktinai, tačiau kodėl taip aršiai buvo priešinamasi mūsų klubo įsikūrimui? Spaudimas buvo didžiulis, mes buvom kaltinami draugijos skaldymu,  saviveikla, separatizmu ir taip toliau. Jautėsi kai kurių seminare dalyvavusių skalikininkų ir kinologų baimė arba noras įtikti aukštesnei valdžiai. Mes taip ir likome nesupratę, ką tokio blogo darome, juk visame pasaulyje panašūs klubai sėkmingai veikia ir niekas nieko geresnio dar nėra sugalvojęs. LKD irgi turi savo atskirus klubus, daugelį metų gražiai gyvuoja laikų savininkų klubas, nebe pirmi  veikia Lietuvos paukštinių šunų savininkų klubas, urvinių šunų savininkai, kiek žinau, irgi buvo prakalbę apie savo klubo kūrimą, tai kodėl skalikininkams negalima to daryti? Juk neiširo draugija iki šiol dėl klubų veiklos. Net negalvojome mes nieko skaldyti, priešingai, esame pasiruošę nuoširdžiai padėti LMŽD, jeigu ji norės tą pagalbą priimti. Juk dauguma iniciatyvinės grupės narių yra LMŽD nariai. Pasiruošę bendradarbiauti ir su LKD, tuo labiau, kad lietuvių skalikus tiesiog būtina išvesti į „platesnius vandenis“. Žinoma, tai tikrai nelengvas ir daug laiko, lėšų  bei pastangų reikalaujantis procesas.

            Tačiau viskas baigėsi gerai. Atlaikėme spaudimą, įkūrėme bendraminčių organizaciją. Vakarop „klimatas atšilo“, pradėjome susikalbėti, dar daugiau, su daugeliu buvusių oponentų išsiskyrėme gerais draugais. Žmonės suprato, kad mūsų sukurta sąjunga tikrai nesiruošia niekam kenkti, priešingai, pasiruošusi nuveikti gerus darbus.

            Kas buvo padaryta 2007–tųjų spalio 13 dieną? Susirinkusi iniciatyvinė grupė suformulavo savo tikslus ir uždavinius, įkūrė Lietuvos skalikų augintojų sąjungą, susipažino su įstatų projektu ir priėmė šiuos įstatus, išsirinko sąjungos valdybą, prezidentą bei revizijos komisiją.       Suprantama, kai kam gali kilti klausimas: kodėl ne klubas, o sąjunga, ir kodėl ne lietuvių, o Lietuvos skalikų augintojų sąjunga? Dar būdami Žvėrinčiuje, svarstėme, kaip geriau pavadinti savo organizaciją: klubu, asociacija ar sąjunga? Dauguma pasisakė už sąjungą. Visi žinome, kad Lietuvoje medžiotojai laiko ir šiek tiek latvių, estų, rusų bei rusų margųjų skalikų, tačiau jų yra labai nedaug. Tai kodėl neleisti šių veislių šunų savininkams „prisiglausti“ prie mūsų organizacijos, žinoma, jeigu jie patys šito panorės? Juk tikrai nieko neatsitiks, mūsų nacionalinė veislė nenukentės, jeigu vienas kitas estų ar latvių skalikas sudalyvaus lietuvių skalikų lauko bandymuose ar varžybose. Žinoma, pagrindinis dėmesys ir mūsų pastangos bus skirtos lietuvių skalikų veislės populiarinimui, gausinimui bei eksterjero ir darbinių savybių tobulinimui. . Dėl šio tikslo mes ir sukūrėme savo sąjungą.

            LSAS prezidentu vienbalsiai buvo išrinktas vienas iš pačių aktyviausių lietuvių  skalikų augintojų Lietuvoje, kupiškėnas Ričardas Barzdenis. Tai tikras mūsų nacionalinės veislės patriotas. Jo šunys kiekvienoje parodoje skina laurus, pasižymi puikiu eksterjeru ir darbinėmis savybėmis.  Į sąjungos valdybą buvo išrinkti 5 nariai: Ričardas Barzdenis, Andriejus Petreikis, Viktoras Žilys, Remigijus Jėčius ir Juozas Beniulis. Revizijos komisijos nariais tapo Ana Ivanova ir Darius Šimkus.

            Tuoj po sąjungos įsikūrimo jos nariai ėmėsi aktyvios veiklos. Pirmiausia reikėjo įregistruoti LSAS, įteisinti ją juridiškai, o tai padaryti nebuvo taip paprasta. Šiuo metu sąjungos įregistravimo procesas jau beveik baigtas. Tuo pačiu metu buvo pradėtas ir kitas labai reikalingas darbas – lietuvių skalikų „inventorizacija“. Sąjungos nariai pasiskirstė zonomis ir renka tikslias žinias apie šiuo metu Lietuvoje tiek medžiotojų, tiek ne medžiotojų laikomus lietuvių skalikus. Pirmiausia kreipiamės į LMŽD skyrius ir fiksuojame ten registruotus skalikus, po to ieškome draugijoje neregistruotų šunų. Žinoma, mus domina tik šunys, turintys kilmės dokumentus. Renkama tokia informacija: šuns savininko vardas, pavardė, jo adresas ir telefono numeris, šuns lytis, vardas, gimimo data, eksterjero įvertinimai, lauko bandymų diplomai, šuns tėvai, jų savininkai. Visi LMŽD skyriai geranoriškai mums pateikia informaciją, nedaro jokių kliūčių. Tiesa, buvo ir nemaloni išimtis. Vieno Žemaitijos rajono LMŽD skyriaus medžioklės žinovas atsisakė  duoti mūsų žmonėms informaciją, sakydamas, kad čia jau reikia pasiklausti Vilniaus… Tegul sau klausia, mes apsieisim ir be jo paslaugų. Rajono medžiotojai puikiai pažįsta vieni kitus, žino savo šunis, informaciją visai nesunkiai galima susirinkti per būrelių, klubų vadovus, pažįstamus medžiotojus. Tikimės, kad mūsų surinkta informacija bus gana tiksli, mes sužinosime, kiek iš tikrųjų šiuo metu Lietuvoje yra lietuvių skalikų. Manome, kad ši informacija bus naudinga ir LMŽD. Šį darbą planuojame užbaigti sausio mėnesį.

            Tolimesni LSAS planai: lietuvių skalikų lauko bandymų ir varžybų organizavimas, seminarų rengimas, rimto veislinio darbo organizavimas, šunų skaičiaus didinimas, dalyvavimas LKD bei kaimyninių šalių. šunų parodose, įvairiuose kituose masiniuose renginiuose, informacijos platinimas (kad kuo daugiau žmonių susidomėtų mūsų nacionaline veisle)

            Tikimės, kad mūsų gretos didės, kad į aktyvią veiklą įsijungs ir tie, kurie šiuo metu kažko lūkuriuoja, dairosi į šalis, laukia, kuo čia viskas baigsis. Manome, kad ateis laikas, kada ir didžiausi skeptikai įstos į Lietuvos skalikų augintojų sąjungą ir prisidės prie svarbaus ir Lietuvai labai reikalingo darbo – lietuvių skalikų veislės eksterjero bei darbinių savybių gerinimo, šios veislės populiarinimo ir gausinimo bei siekimo, kad ji būtų pripažinta pasaulyje.

 Juozas Beniulis

Nacionalinės kategorijos ekspertas – kinologas

Paskelbta temoje Straipsniai lietuvių kalba | Komentarai įrašui Lietuvių skalikų augintojų sąjungos kūrimo pradžia yra išjungti

Vokiečių skalikas


Warning: mysql_get_server_info(): Access denied for user ''@'localhost' (using password: NO) in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

Warning: mysql_get_server_info(): A link to the server could not be established in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

Vytauto Tamošiūno archyvas

tiroler_bracken_17_20051.pdf

deutschebracken13_20042.pdf

Paskelbta temoje Straipsniai vokiečių kalba | Komentarai įrašui Vokiečių skalikas yra išjungti

Estų skalikas namuose


Warning: mysql_get_server_info(): Access denied for user ''@'localhost' (using password: NO) in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

Warning: mysql_get_server_info(): A link to the server could not be established in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

Эстонская гончая в квартире

В городской квартире содержать гончую как-то не принято. Бытует мнение, что при комнатном содержании нельзя вырастить хорошо работающую собаку. Когда разговор идет о гончей, то имеется в виду не простое содержание, а возможность нагонки и поддержания в ней высоких полевых качеств. Согласен, что большой рост, относительная грубость русской и русской пегой делают, видимо, невозможным содержание в квартире этих собак. Эстонская же гончая от природы культурная, быстро усваивает команды, хорошо знает свое место, довольствуется двумя выгулами, поэтому не бывает обузой. При ежедневном нахождении среди людей она становится более смекалистой, однако из квартирной собаки сложней получить хорошую работницу по сравнению с выращенной в охотничьем хозяйстве, деревне.

Хочу поделиться некоторыми приемами выращивания, нагонки и получения хорошо работающих эстонских гончих, так как сам вырастил и содержал в квартире трех эстонских гончих, и все они были отличными дипломированными работницами.

Для комнатного содержания лучше приобретать щенка, чтобы самому вырастить и обучить его в соответствии со своими вкусами и требованиями. Но прежде чем заводить собаку, подумайте, хватит ли вам выдержки.

Процесс воспитания и нагонки длительный и трудоемкий, требует систематических и частых выходов в поле, во время которых щенок знакомится с многообразием запахов, набивает крепкие лапы и вырастает сильным. При общей дрессировке щенка гончей сначала достаточно усвоения им команд: нельзя, на место, ко мне; а в дальнейшем – рядом, стоять и вперед. Владелец и все члены семьи должны подавать команды только в одной форме. Держать щенка следует в строгости, играя, обучать его, не баловать, не разрешать забираться на постель и диваны.

Эстонская гончая неприхотлива к пище и ест немного. Принцип кормления остается один: не перекармливать, давать еду в одно и то же время. Процесс кормления надо использовать для выработки устойчивого условного рефлекса прибегать на звук рога, т. е. сделать собаку позывистой. Сначала подать сигнал любым рожком, дождаться, когда щенок прибежит, и только тогда давать еду. В дальнейшем при нагонке надо закрепить рефлекс, лаская вышедшую на рог собаку. Это очень важно, так как поможет сохранить ее при будущих охотах. Позывистая гончая быстро при. ходит на рог, если только в этот момент она не на гону и не разбирается в следовых запахах. Охотничий рог необходим гончатнику для управления собакой и для связи между охотниками.

Щенка надо как можно раньше знакомить с домашними животными и добиваться равнодушного отношения к ним. В дальнейшем это избавит вас от многих неприятностей. Выезжайте с ним на окраины города, в близлежащие деревни, где жители держат скот. Чтобы молодая собака не убегала, надо выработать у нее стереотип поведения. Двигаясь по определенному маршруту, каждый раз в одном месте подзывать ее, давая лакомство и беря на сворку.

При нагонке в угодьях у гончей нужно развить широкий полаз, отсутствие боязни любых зарослей и воды. Если при первых выходах собака далеко отойдет, потеряет хозяина и „заплачет“, надо дать рог не менее двух раз с интервалом, дождаться ее, приласкать и, чтобы привыкла, обязательно брать на поводок. У собаки должна выработаться уверенность, что хозяин всегда находится в угодьях недалеко от нее и заинтересован ее работой, не бросит ее одну. При любом выходе в угодья придется терпеливо ждать появления гончей из полаза, где она разбирается в запахах. При появлении собаки показать ей направление своего движения, а чтобы она не привыкла искать хозяина по следам, подавать для ориентировки короткие сигналы. Окончив охоту или нагонку, гончую из угодий уводят на поводке.

Порода гончих целенаправленная, основным раздражителем является следовый запах, поэтому спущенные собаки быстро уходят. Выпускать же гончую в городе крайне опасно, поэтому надо воспитывать у нее недоверие к чужим. Пусть посторонний в сумерках подзовет ее и чувствительно ударит прутом. После 2-3 уроков молодая собака будет опасаться чужих, обходить их. В квартире же не надо разрешать друзьям и знакомым подкармливать ее.

С эстонкой охотятся на зайца и лисицу. Притравливать ее на копытных нет смысла, наоборот, при встрече с ними надо немедленно отзывать. Трудней удержать гончую от работы по косуле. При движении к месту охоты, когда собака на поводке тянется по свежим следам косули на снегу, ее надо с окриками „Нельзя“ одергивать и прутиком наказывать. Эти уроки помогают, хотя не так эффективны, как хотелось бы. Применяется такой прием, как напуск гончей в местах обитания косули утром на неостывший еще след зайца. Собака в этом случае получит определенный настрой и отгоняет весь день только зайца.

Начинать нагонку лучше по беляку в не сильно захламленном лесу. При последующих выездах старайтесь менять место. Если предполагается охота с одной собакой, то и наганивать ее надо в одиночку.

Очень полезно в начале нагонки познакомить гончую с зайцем в натуре, под наблюдением дать слегка потрепать подранка или битого. Это явится мощным толчком для пробуждения в ней природного охотничьего инстинкта.

С самого начала у гончей надо развивать вязкость, приучать ее к длительной работе по одному зайцу со всеми сложностями его преследования. Поэтому при подъеме первых зайцев в начале гона лучше пропускать их без выстрела. При сколе, который у неопытной собаки после применения зайцем своих „тактических“ приемов наступит довольно быстро, надо пойти к месту скола и, подбадривая гончую, терпеливо добиваться возобновления работы по этому зайцу. Самая вредная ошибка молодых и нетерпеливых охотников – это частое и ненужное пользование рогом и особенно отзыв собаки после скола, что не способствует ее вязкости, а делает из нее угонялу. При затянувшемся сколе из-за тяжелых условий лучше, не трубя в рог, перехватить, взять гончую на сворку и переменить место.

На второе поле с собакой для нагонки можно выходить в сумерках и ночью.

Если гончая потеряется на охоте, ее надо звать на месте выпуска. Можно перейти недалеко против ветра на возвышенное открытое место для лучшего распространения звука трубы. Оставлять собаку в угодьях равносильно предательству. Собака все равно придет, но трубить иногда придется до полуночи.

Нет предела совершенствованию мастерства гончей, поэтому городскому охотнику любой выход в поле надо использовать с максимальной пользой, контролировать и управлять поведением собаки постоянно в любом ее возрасте.

По белой тропе надо сразу стараться предотвратить работу гончей только по следу на глаз. Когда заяц выйдет на тропу, санный след или лыжню, надо терпеливо наставлять гончую на горячий еще запах малозаметного следа и добиваться продолжения гона. В этом случае отчетливо выявляется наличие чутья у собаки. Гончая с хорошим чутьем свободно гонит по лыжне или тропе, а вот собака с чутьем где-то ниже среднего должна, видимо, прежде понять, что запах следа возможен и здесь.

Можно в гончей воспитать позывистость, развить вязкость, добиться обыскивания наиболее вероятных мест нахождения зайца, но чутье остается величиной постоянной, данной от природы, и воздействовать на улучшение его мы не можем. Если из щенка вырастет малочутьистая гончая, то с ней поневоле придется мириться до приобретения лучшей, а пока надо давать как можно больше работать. Хотя опыт работы не заменяет чутье, но в какой-то мере компенсирует главное качество гончей.

Чтобы не вырастить пустобреха, не нужно долго давать молодой гончей разбираться в жировочных следах на озимых с отдачей голоса, надо отзывать ее, двигаясь вокруг поля, и помогать найти след зайца на дневку, чтобы поднять его.

Завершающим элементом нагонки является работа собаки зимой на наезженных сельских дорогах. Не жалея времени, обучайте гончую отыскивать на обочине сметку и продолжать гон.

Чтобы собака не прибегала на выстрелы с гона, нельзя убирать битого зайца, обязательно надо дождаться, пока гончая дойдет до него, обнюхает или слегка потреплет. Цикл охоты (поиск, побудка зверька, гон до зайца) должен быть каждый раз четко закончен. Нельзя сразу отпускать гончую в полаз. Пока происходит обмен впечатлениями с охотниками, подержите ее на сворке.

Общеизвестно, что охотничья собака, как таковая, рождается второй раз у охотника после воспитания ее и нагонки. Как только собака начала уверенно работать, ее следует выставить на полевые испытания для получения диплома и определения племенного класса. Охотник должен выполнять требования и рекомендации своего общества по вязке и ведению всего комплекса племенных мероприятий.

Рекомендуется молодой собаке ежегодно делать прививки от чумы, а в течение всей жизни – против бешенства. С непривитой против бешенства собакой запрещается охотиться и тем более содержать ее в городе.

Воспитанная эстонская гончая в квартире становится таким же любимым членом семьи, как и декоративные собачки, а хорошо обученная приносит неоценимое удовольствие на охоте.

Н. Паутов, эксперт-кинолог I категории

Paskelbta temoje Straipsniai rusų kalba | Komentarai įrašui Estų skalikas namuose yra išjungti

Skalikų trūkumai ir ydos


Warning: mysql_get_server_info(): Access denied for user ''@'localhost' (using password: NO) in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

Warning: mysql_get_server_info(): A link to the server could not be established in /home/skalikas/domains/skalikas.lt/public_html/wp-content/plugins/xml-google-maps/xmlgooglemaps_dbfunctions.php on line 10

Пороки и недостатки у гончих

Ни к одной породе охотничьих собак охотники не предъявляют столько требований, как к гончим. Им необходимы тончайшее чутье и послушание – основные качества легавых, железные ноги и скорость – главные достоинства борзых. Красота гона зависит от силы и певучести голоса, а также от неутомимости преследования до тех пор, пока зверь не будет добыт метким выстрелом. Особенно ценно, когда эти качества сочетаются с добычливостью, паратостью, а главное, с мастерством гончей.

Классики нашей охотничьей литературы, знатоки гончих сошлись в том, что чутье, вязкость и голос – важнейшие наследуемые качества гончих, исправить порочность которых нагонкой нельзя. Поскольку все эти три элемента существуют в тесном единстве, до сих пор непонятно, почему вязкость и чутье не вошли в таблицу минимальных баллов. Это иногда приводит к тому, что порочная, никуда не годная гончая, бросающая зверя с прямого и горячего следа, может получить диплом.

Приведу пример. Гончая, проработав на гону 40 минут и затратив на выправление сколов 18 минут, бросает гнать перевиденного зверя с прямого следа, и, как говорят, „плетет лапти“ – ходит возле хозяина. Эксперт должен все-таки присудить такой невязкой гончей, которая гоняет „по охотке“, „дипломчик“ III степени, даже если за вязкость она получит самый низкий балл при нормальных остальных баллах. Эксперт, соблюдая правила, тем самым наносит вред породе, так как при двух дипломах Ill степени такая гончая пройдет на малую золотую медаль и в первой племенной класс, будет передавать в потомстве свою невязкость. Примеров у нас было немало. Охотиться с такими гончими – сущее наказание. Для простого охотника ценнее та собака, которая проработала на гону пусть 30 минут, но не бросила след, и сверх положенных на выправление скола 20 минут продолжала искать зверя. Из такой гончей охотник „сделает“ собаку, а из невязкой – никогда. Если бы вязкость, так же как и голос, была своевременно введена в таблицу минимумов, невязкие гонцы с золотыми медалями исчезли бы с наших выставок.

В 1965 г. в журнале „Охота и охотничье хозяйство“ № 1 Н. П. Пахомов сетовал, что у нас слишком много невязких гончих. Он писал: „У наших современных гончих остается одно темное пятно – недостаточная вязкость. С этим недостатком мириться нельзя. Мы обязаны приложить все усилия, чтобы деревенские охотники не издевались бы над кровными красавцами“. Однако до сих пор эти кровные красавцы остались. Если бы дали больше прав эксперту, тогда бы этих красавцев не было. Можно, например, вообще ввести в правила нулевую оценку по любому элементу работы гончей. Если эксперт даст нулевую оценку за вязкость, за голос, за послушание и так далее – гончая лишается диплома. Если осенистая гончая, многократно бывавшая в лесу, помкнув зверя, отгонит, бросит след и вернется к хозяину и больше гнать не пожелает (если она не больна), такая гончая невязкая, заслуживает нулевую оценку. Это ни в коей мере не относится к молодой гончей, которую только начали наганивать.

Про невязкую гончую охотники говорят: „не гоняет, а отгоняет“, или „гоняет до первого скола“. Только вязкость до убоя, когда зверь будет словлен или отстрелян, дает собаке право называться гончей. Один сгоненный или взятый из-под яркой многочасовой работы заяц приводит истинного гончатника в больший восторг, чем пять добытых с лежки.

В наших правилах несколько раз меняли силу голоса – то 5 баллов, то 6 баллов, меняли степень диплома по лисице и никто не взял на себя смелость ввести вязкость в графу минимальных баллов. Пока мы этого не сделаем, вязкие гончие будут такой же редкостью, как и сейчас. Только сочетание вязкости, силы, верности голоса и тонкого чутья делают охоту с гончими добычливой и приятной.

О чутье. Любителям гончих известно, что по пестрой тропе, в болоте, по инею гоняют только чутьистые собаки. Бесчутая гончая – порочная. Признаками слабого чутья является гон в пяту, частая отдача голоса на сколе, когда гончая путается по следу, возвращается назад и уныло отдает голос, не зная, в какую сторону слез зверь. Наставленная на след перевиденного зайца минут через тридцать, бесчутая гончая никогда не доберет зверя. При заморозке на чернотропе, или по торной дороге гончая со слабым чутьем никогда „не примет след“ и будет бестолково носиться из стороны в сторону, а на песчаной дороге такая гончая обязательно сколется и, если заяц сдвоил, собака даже со средним чутьем едва ли побудит снова. Если вы хотите проверить чутье своей гончей, наставьте ее на вспаханном поле на след перевиденного вами зайца через полчаса (лучше – через час). Если ваша гончая без добора стечет след этого слезшего зайца и упалого (запавшего) помкнет – лучше и желать нечего.

Оценивая чутье, нужно учитывать время года, состояние тропы. Разнообразие этих условий бесконечно. Однако согласно правилам при оценке чутья эксперт учитывает добычливость и мастерство. Если мастерство 20 баллов, судьи могут оценить чутье в 9-10 баллов. Наредко у мастероватой гончей бывает среднее чутье, поэтому данные на испытаниях баллы за чутье условны. Многие эксперты и старейшие знатоки гончих в прошлом рекомендовали расценивать чутье отдельно, не связывая его с мастерством. Гончая должна быть не только чутьистой, но и уметь пользоваться чутьем.

В дореволюционное время существовало мнение о каком-то особом верхнем чутье гончих, способности гнать зверя с высоко поднятой головой то справа, то слева от следа и выправлять скол, не опуская головы. Таких гончих называли верхочутами. Известные знатоки гончих В. А. Рахманов, К. П. Баковецкий, В. В. Деконнор, позже Н. П. Пахомов, В. И. Казанский доказали, что особых гончих „верхочутов“ нет, потому что верхочутость – это порок, так как если такая гончая сколется, она не способна выправить скол и часто бросает зверя и ищет другого. В дни хорошего чутья гончая может гнать несколько в стороне от следа, не опуская головы, но на сколе она работает по следу, разбирая заячьи хитрости, а не носится с высоко поднятой головой. Как показала практика собаководства, из выдуманных верхочутов впоследствии получались гонцы шалавы и пустозвоны.

Рассмотрим пороки такого важнейшего элемента работы гончих, как голос, поскольку в нем заключена прелесть и красота гона, а стало быть, и поэзия охоты.

К безусловным порокам относится пустобрехство, когда гончая, пущенная в полаз, голосит без всякого следа и „орет с напуска“ по птице, по следу собаки, по следу хозяина. Это наследственный порок и исправить его невозможно. Пустобрехи – слабоголосые гончие – для охоты не годны, а особенно они вредны в смычке и в стае. С такими горе-гонцами нельзя наганивать молодых выжлят.

Полную противоположность собакам слабоголосым – пустозвонам – представляют молчуны. Гончая-молчун преследует зверя без голоса. Это, безусловно, порок. Нередко молодые выжлята, особенно по первой осени, долго не дают голоса и идут по следу молча, но после упорной нагонки такие первопольники начинают, „гонять в голос“. Можно смириться с коротким, пешим полазом, недостаточной добывчивостью, нефигурным голосом, но пустобрехство или гон молчком простить гончей нельзя.

К безусловным порокам относится гон в пяту, когда гончая голосит в сторону, противоположную той, куда слез зверь, то есть гонит в сторону его пяток. В пяту могут прогнать первопольные гончие из-за своей азартности, со временем это пройдет. Однако собаки со слабым, порочным чутьем гонят в пяту постоянно и на испытаниях, если они голосят в пяту свыше минуты, лишаются диплома.

Нередко гончие, пущенные в полаз и прихватившие жировочный ночной след зайца, отдают голос. Про таких гончих говорят, что они с добором или „покрикивают в жирах“. Длительный добор по зайцу, не оканчивающийся помычкой, безусловно порочен. Добор по красному зверю – лисице – допустим, а для успешной охоты вообще желателен, так как участок жировки лисицы может быть на несколько километров, поэтому гончая без добора часто будит лисицу вне пределах слышимости гона.

Недопустимо выправление скола с голосом. Если гончая отдает голос на сколе, не умолкая, это порок, так как подобная работа сбивает с толку охотника. На испытаниях таким гонцам эксперты ставят за верность отдачи голоса 2 балла.

Встречаются гончие, которые отдают голос даже по свежему следу очень и очень редко. Таких гончих называют редкоскалами, с ними охота малодобычлива и теряет свою красоту, „гонит, словно мучается“.

Н. П. Пахомов в книге „Полевые пробы гончих“ дает такое определение: „Редкоскалая – такая гончая, которая когда ведет зверя, отзывается очень редко, отдает голос через несколько шагов, а не учащенно, как ведет яркоголосая гончая“.

Если гончая отдает голос через несколько шагов, то под гон можно подставиться, с такой собакой можно охотиться, так как легко перевидеть зверя, а если гончая молчит целые участки гона, с такой гончей вы не добудете зверя. Это уже настоящий редкоскал, почти молчун. Кроме того, гончая может редко, а не учащенно отдавать голос по удалелому зверю, также по пестрой тропе, в слепую порошу, когда ляжет снег и в оттепель покроется коркой. По такой тропе гончие настолько редко отдают голос, что их всех можно отнести к редкоскалам.

Как же судить таких собак?

Начинающему любителю гончих или молодому эксперту нужно помнить: если в дни хорошего чутья, когда на чернотропе умеренно влажно и прохладно, гончая помкнет по взбуженному ею зверю и погонит по „горячему“ следу, редко отдавая голос на всех участках гона,- такая гончая редкоскалая. По определению П. М. Губина у яркоголосой гончей в одном такте „ах“ слышится восемь раз. У редкоскалой гончей это „ах“ слышится один, пусть даже два раза, но после наступает длительная пауза, во время которой гончая гонит по следу молча и, лишь пройдя некоторое расстояние, вновь редко и однотонно подает голос. Назвать это гоном нельзя.

У редкоскалой гончей одни перемолчки и сколы (свыше минуты) и, если верно судить, то еще не всякая отдача голоса по следу есть гон. Гончая может отдавать голос на жирах, в добор на сколе. Это не может идти в зачет гона. Гон в нашем понимании – это заливистая, мелодичная или учащенная отдача голоса по взбуженному зверю, гон – это похожее на пение, страстное выражение гончей своих чувств по следу побудившегося зверя. Подобного гона мы не наблюдаем у редкоскала, а потому в графе за верность отдачи такой гончей эксперт должен ставить 2 балла, оставляя собаку без диплома. Если раньше иногда и присуждали редкоскалой гончей диплом III степени, то при современном уровне развития породы это будет только во вред, так как присуждая диплом III степени, эксперт допускает собаку к племенному использованию. Редкоскалость – порок, который передается по наследству.

На полевых испытаниях встречаются гончие с отдельными недостатками, с которыми охотник может мириться. Например, бывают гончие с очень коротким и вялым полазом, постоянно они слушают, не побудет ли где зверя другая собака. С такими гончими охота малодобычлива. Иногда бывает наоборот – полаз у гончей широкий, как говорят охотники – заемистый, галопом, самостоятельный, позволяющий обыскивать большее пространство и быстро побудить зверя, а гон вялый, пеший. Такая гончая не только не сгоняет зверя, но охотнику подстать под гон очень трудно, и потому охота малодобычлива.

К недостаткам полевых качеств гончей относится проносистость и отдача голоса на проносах. Проносистость – это такой недостаток, когда собака из-за слабого чутья при каждом крутом изменении зверем направления далеко проносится вперед. За это время зверь, особенно заяц, увалится и накидает столько сметок, что собаке трудно разобраться. Получается не гон, а мучение – сплошное выправление сколов. Кроме того, гончая может проносить след с голосом. Однако необходимо помнить, что паратой гончей с полного маху очень трудно сразу изменить направление. Даже опытные гонцы могут отдавать голос на проносах, но на очень небольшом расстоянии. Поэтому судьи-эксперты должны больше видеть гончую при работе по зверю. Если такой недостаток выявлен, гончей снижается балл за верность отдачи голоса.

В 70-х годах в Озерецком охотничьем хозяйстве мы испытывали очень „веселую собачку“. В комиссии были опытные старые эксперты Б. В. Дмитриев и К. А. Марков. Осенистая выжловочка помкнула зайца (мы его сразу перевидели) и так ярко работала без сколов минут сорок, что дело шло к диплому I степени. И вдруг скол, который эта „веселая собачка“ выправляла не менее ярко с голосом, на удивление судьям и к великому горю своего хозяина. Если бы Б. В. Дмитриев не увидел работу этой гончей на сколе – быть бы диплому I степени. Поэтому на испытаниях, где выявляются все пороки, недостатки, и где что ни гончая, то новая, не похожая работа со своими особенностями, эксперты должны быть особенно внимательны как к молодым гончим, так и к осенистым.

Часто на полевых испытаниях встречаются гончие, которые вообще не придерживаются ведущего и поднимают зверя далеко в стороне от хозяина. Такие гонцы очень непозывисты и неназывисты. Непозывистая гончая не идет на рог. Неназывистая не идет на наклик своего хозяина, перевидевшего зверя. Такой тип неуправляемой гончей особенно вреден на полевых испытаниях. Все эти недостатки – результат неправильного воспитания и нагонки.

Другим, не менее неприятным недостатком является стомчивость гончей. Ценятся гонцы, которые выдерживают длительную работу, могут гнать зверя не только до конца дня, но и на второй и даже третий день. Однако встречаются гончие, которые после нескольких часов гона по образному выражению охотников „плетут лапти“ и не идут в полез. Такая гончая называется стомчивой. Нередко подобных горе-гонцов приходится тащить из леса на руках.

Все эти недостатки выявляет эксперт-судья на полевых пробах гончих и он обязан творчески оценивать работу собак с учетом погодных условий.

Б. Марков

Paskelbta temoje Straipsniai rusų kalba | Komentarai įrašui Skalikų trūkumai ir ydos yra išjungti